foto1
История Руси и Человечества
foto1
Пробуждение Сознания
foto1
Реальные Знания
foto1
Закономерность и безконечность жизни
foto1
Звёздное прошлое Человечества
rubgcsdanlenfrdeelhiitplptsrskslessv

Культура

УРы были учителями Русов на протяжении многих тысяч лет. Поэтому КультУРа – это явно не то, к чему нас сейчас приучают паразиты. Настоящая Культура – это не развлечение! Это постоянное стремление к Знанию, постоянное творение, постоянное повышение уровня своего эволюционного развития практическими действиями, продиктованными стремлением Души, Долгом, Любовью, Честью и Совестью…

 

Вопиющие голоса

Вопиющие голосаСетку телевещания центральных каналов плотно оккупировал шоу-бизнес

Раньше была музыка, а теперь шоу. Вместо оригинальных исполнителей – суррогат и уроки пения. Вместо новых оте­чественных хороших песен – перепевки наследия 90-х и невероятное засилье зарубежного репертуара, исполненного с диким акцентом…

Теленеделя стала традиционно заканчиваться двумя парами изнурительных по своей продолжительности, конкурирующих между собой клонов – «Один в один» и «Точь-в-точь», «Голос» (вместе со спином «Голос. Дети») и «Главная сцена» (российский аналог зарубежного The X Factor).

Первая пара, до сих пор выясняющая, кому принадлежит право на первородство, кто более законен и лицензионен, полностью ориентирована на форму кавер-исполнения (от костюма и до буквального воспроизведения манеры), вторая работает в этом режиме завуалированно, будто бы лишь осуществляя в процессе исполнения известных песен поиск новых имён и молодых артистов.

В «Один в один», как и в «Точь-в-точь», по устоявшейся в последние годы телевизионной традиции толкутся уже примелькавшиеся персоны, это такой закрытый клуб – пение со звёздами, как раньше, до этого, был цирк, танцы, бокс и всё остальное.

Притом в нём, как и в соперничающем собрате, идущем по Первому каналу, не скрывается ставка на развлекательность, на бессмысленное времяпрепровождение у теле­экрана с пёстрой красочной картинкой и формальное проставление оценок – это только повод для долгих спичей и мемуарных анекдотов из жизни «уважаемых людей» в судейской коллегии. «Один в один», «Точь-в-точь» ориентируются на тех, кто социальным статусом пониже, вкусами попроще, для тех, кто возрастом уже «за» и не претендует на что-то большее, чем созерцание музыкального костюмированного бала с привычным «Маска, назови своё имя».

В «Голосе» и в «Главной сцене на первый взгляд всё более серьёзно. Здесь главная фишка не в костюмированном шоу, а в борьбе, взлётах и падениях, слезах и криках радости. По легенде в «Голос» и на «Главную сцену» попадают почти простые смертные, люди «с улицы», те, у кого, вроде как у Гусева из «Приключений Электроника», тоже голос. Их участники – молодые люди, которые считают, что выход на сцену в программе, а уж тем более продвижение дальше в рамках организованного состязания, решит их жизненную судьбу и предопределит будущую музыкальную карьеру. Присутствие продюсеров (Владимир Дробыш, Игорь Матвиенко, Константин Меладзе, Максим Фадеев) и известных представителей музыкальной сцены (Юрий Антонов, Жанна Рождественская, Сергей Чиграков – в «Главной сцене», Дима Билан, Александр Градский, Леонид Агутин, Пелагея – в «Голосе») придаёт всему этому особую остроту. Наличие же в рядах участников новой программы «Главная сцена», идущей по «России 1», американского продюсера Уолтера Афанасьеффа, долголетнего партнёра популярного саксофониста Кенни Джи, человека, работавшего с Селин Дион и Мэрайей Кэрри, добавляет жару. Здесь ставки ещё выше: не просто прогреметь, но и, чем чёрт не шутит, попасть в Америку.

Справедливости ради стоит отметить, что присутствие Афанасьеффа не даёт «Главной сцене» превратиться в столь привычный зрителям междусобойчик.

Антагонизм прагматичного, профессионального подхода к артисту и эмоциональной вкусовщины, время от времени возникающее противостояние мерок мирового шоу-бизнеса и нашего российского аршина – несколько приподнимает уровень «Главной сцены». «Это ресторан, это comedy, это караоке. Публике нравится, но мне – нет», – обычная реакция Афанасьеффа на хорошо знакомый нам российский стандарт исполнения, чего, согласитесь, трудно ожидать от отечественного жюри. С другой стороны, время от времени в программе возникают коллизии, напоминающие знаменитый диалог из «Осеннего марафона» («Вот у вас в Дании на улицу такие куртки выкидывают?» – «Нет, это дорого. Это же чистый хлопок»), когда Уолтер Афанасьефф видит исполнителя, представляющего интерес для западной публики и совершенно не соответствующего российским представлениям о поп-музыке. Отличный повод поразмыслить, чем отличается русская, российская и американская музыкальные традиции.

И всё же на «Главной сцене», так же как и в «Голосе», перед нами своего рода «Голодные игры», цель которых – будоражить воображение зрителя и держать его в напряжении. «Главная сцена», кстати говоря, услужливо и откровенно об этом напоминает: «Шоу-бизнес – это бизнес по доставке эмоций».

Выглядит всё это и впрямь эффектно. Закадровые вопли зашедшейся в экстазе публики подстёгивают зрителя даже в те моменты, когда ничего значительного на сцене вроде бы не происходит. Копиисты из «Один в один» поражают искусством мимикрии. Участники «Голоса» и «Сцены» дышат обаянием молодости и обещаниями таланта. Каждое действо сопровождается шутками и прибаутками, исходящими от присутствующих в составе жюри и ведущих представителей юмористического жанра.

Неудивительно, что в какой-то момент сидящие у телевизора утрачивают адекватное восприятие происходящего. Наивный зритель прилипает к телеэкрану, сопереживая и сочувствуя тому или иному участнику шоу, заворожённый искусственно нагнетаемой интригой: треснет по большой красной кнопке Пелагея или Максим Фадеев или нет?

И при этом забывает о том, что перед ним не «А ну-ка, девушки!» и не «Когда поют солдаты», а всего лишь очередная богато украшенная, бездушная и по-прежнему безжалостная молотилка шоу-бизнеса, в которой ловкие теленапёрсточники играют эмоциями зрителей и осёдлывают наивные мечты участников.

Последнее, в частности, относится к паре «Голос» – «Главная сцена», которые, если отбросить весь внешний лоск, представляют собой не что иное, как состязание карабасов-барабасов отечественного разлива, устраивающих бесплатный кастинг будущих «поющих трусов» перед всей Россией. При этом здесь вряд ли можно упрекнуть самих участников голосовых шоу. Кандидаты в будущие поп-кумиры подпрыгивают, карабкаются, взмывают ввысь, прилагая все мыслимые и немыслимые усилия. Для них эти шоу – узкая тропка из безвестности на вершину успеха и славы. Осуждать их невозможно. Зная, как у нас обстоит дело с культурой и искусством, с ними даже поначалу начинаешь соглашаться: похоже, иного пути нет.

Но поразмыслив, приходишь к выводу, что это путь в никуда. Сколько было на нашей памяти этих «Фабрик звёзд», «Артистов» и ещё многих-многих из года в год идущих программ, бахвалившихся тем, что они ищут таланты? Всех и не упомнишь. Как и не упомнишь всего того невероятного количества подававшей надежды молодёжи. Где теперь все эти дерзкие, голосистые носители нового, покорители теле- и радиоэфира? Многие сгинули в безвестности. Сомнительные счастливчики растворились в сточных водах российской эстрады. Некоторые до сих пор перескакивают из одного музыкального шоу в другое, кажется, поняв, что иного, кроме телесудьбы, просто не дано. «Много их, куда их гонят?» Шоу продолжается ради самого шоу. Глядя на разноцветный мир наших телевизионных околомузыкальных программ, думаешь, что шоу на голосах, вопиющих в российской музыкальной пустыне, будет продолжаться до бесконечности. Так проще, так удобнее, так прибыльнее. Рейтинги большие, и публике, опять же, очень нравится.