foto1
История Руси и Человечества
foto1
Пробуждение Сознания
foto1
Реальные Знания
foto1
Закономерность и безконечность жизни
foto1
Звёздное прошлое Человечества
rubgcsdanlenfrdeelhiitplptsrskslessv

История

В этот раздел включаются материалы, содержащие правдивую информацию об удивительном многосоттысячелетнем прошлом нашей земной цивилизации. Здесь собираются, изучаются и публикуются сведения, проливающие свет на нашу подлинную историю, подтверждающие и уточняющие её, содержащие всевозможные прямые или косвенные доказательства реальности славного прошлого нашей цивилизации…

 

«Еврейский триггер» идеологии ГУЛАГа

Часть I. Нафталий Френкель

gulag0

 Д.Медведев, подписав распоряжение о создании «Музея жертв сталинских репрессий», рискует нарваться на обвинение в «антисемитизме» со стороны Израиля. Поскольку истинным идеологом создания ГУЛАГА был «сын турецкоподанного» Нафталий Френкель. О том, кто и как создал конц лагеря для Русского Народа и почему позже всю вину списали на И.Сталина

На самом деле изобретателями концлагерей были англосаксы, когда Оппенгеймеры и Ротшильды, стоящие за спиной Сесиля Родса (будущего создателя «Круглого Стола», переросшего в «Совет по международным отношениям») в борьбе за ресурсы Южной Африки.

Идею воплощал лорд Китченер во время англо-бурской войны 1899—1902 гг. Целью создания «лагерей концентрации» было лишить бурских партизан возможности снабжения и поддержки, сконцентрировав женщин и детей в специально отведенных местах, практически обрекая их на вымирание, поскольку снабжение лагерей было поставлено крайне плохо. Лагеря цинично назывались «Refugee» (место спасения). Целью создания концентрационных лагерей, по глумливым официальным заявлениям английского правительства, являлось «обеспечение безопасности мирного населения бурских республик».
 
После октябрьского переворота, «передовую идею» применили иудо-большевики, направив «для перевоспитания» в Соловки цвет Русской Интеллигенции, кому повезло выжить после «красного террора», направленного на расчистку поля для «новой местечковой элиты» и их многочисленных единокровцев[*]. Вплоть до 1929 года главным концентрационным лагерем оставались Соловки[1]. Именно отсюда в 1929 году один из заключенных был привезен самолетом в Москву, где его лично принял И.В. Сталин. Беседа длилась три часа при закрытых дверях. Зек вышел из этих дверей главным прорабом строительства «Беломорканала». Его звали Нафталий Аронович Френкель.
 
«СЫН ТУРЕЦКОПОДДАННОГО» или «ВЕТЕР В ПАРВУС»
gulag1Нафталий Френкель родился в Турции и пошел по стопам отца «по торговой части». Дело открыл в Мариуполе: торговал лесом, перевозил грузы на своих пароходах. Френкель слыл удачливым коммерсантом и носил пышный, диковато звучащий титул «лесной король Черного моря». Ни сантиментами, ни щепетильностью «король» не отличался. Разорял конкурентов и подставлял компаньонов, эффективно используя для этого весь имеющийся у него богатый арсенал средств, в том числе и страницы основанной им газеты «Копейка».
 
По-настоящему обогатила Френкеля Первая мировая война. В самом ее начале он весьма удачно провернул несколько афер с торговлей оружием. При этом энергичный сын турецкоподданного сумел не только сорвать солидный куш, но и сохранить его. «Чутье подсказало», что Россия на пороге больших катаклизмов. И буквально за год до революции он сначала предусмотрительно увел свои капиталы в Турцию, а затем перебрался туда и сам.
 
Не сложно предположить, -
 
ОТКУДА У «УДАЧЛИВОГО КОММЕРСАНТА» ПОЯВЛЯЛОСЬ ОРУЖИЕ И ИНФОРМАЦИЯ
gulag2Именно в Турции находилась одна из баз «Александра Парфуса» - в девичестве Израиля Лазаревича Гельфанда – немецкого шпиона, создателя теории «перманентной революции», организатора финансирования спонсорства иудо-большевиков, личного куратора В.Ленина и прочая, прочая, прочая. Свои первые миллионы он «составил» именно в Турции, куда, «разочаровавшийся в ‘русской’ революции 1905 года», он отправился после свержения султана в 1908 году, чтобы поддержать революционное правительство «младотурок», по большей части состоящих из константинопольских евреев. Здесь Израиль Лазаревич и начал писать «замечательные характеристики турецкого освободительного движения»[2]. Если копнуть глубже, разобрать поставку Парвусом зерна из России, которая «спасла правительство младотурок от катастрофы»[3], его поставки оружия, как официального представителя концерна Круппа во время Балканских войн 1912—1913 годов, то вы поймете, почему турки позже вырезали полтора миллиона православных армян и греков, но и пальцем не тронули евреев.
 
Кроме того, вам станет ясно, почему первые миллионы Парвуса-Гельфанда появились именно после армянской резни в 1915 году. Именно он и его «партия малодотурков» были истинными организаторами геноцида христианских народов – что в Турции, что в России. С сентября 1915 года Парвус перебирается уже в Германию, где получает от правительства миллионы на финансирование «большевистской революции». После революции в России на «нажитое непосильным трудом» уже как один из самых богатых людей Германии он покупает остров с замком-крепостью, и, вплоть до самой своей смерти от ожирения в 1924 году, в тесной связи с Троцким «перманентный революционер» финансирует еврейскую революцию уже в Германии.
 
gulag3 Вспомнив о «турецком периоде» Парвуса, необходимо упомянуть имя ещё одного незаслуженно забытого закулисного деятеля – уродившегося в Константинополе еврейского мультимиллионера-выкреста Базила Захариса/«Захарова». Это был одним из крупнейших закулисных торговцев оружием во время Первой Мировой Войны, связанный с «младотурками», который так же погрел руки на армянской резне. Полковник А.Лейн в книге «Скрытая рука»[4] писал: «Захаров был возможно одним из самых влиятельных евреев в тогдашних закулисах. Его называли «Продавец смерти», «Оружейный монстр»». Это был одним из немногих в свое время дельцов международного уровня, который наживался на горе и страданиях целых народов. По словам американского историка Дж.Тэйара, Захарис «был совершенно беспринципным дельцом, который лгал, мошенничал, давал взятки, воровал. Его излюбленным приемом были поставки оружия военным противникам». Еще во время англо-бурской войны он ухитрялся продавать оружие и англичанам и бурам. Захариас работал с оружейными фирмами - англо-шведской «Норденфельдтом», «Максимом» и «Викерсом», - став их основным акционером, вел дела с военно-промышленной группой Шнейдер-Крезо. И если во время Первой Мировой войны у русских солдат не было оружия и боеприпасов, то у иудо-большевиков недостатка в пулемётах «максим» и боеприпасах к ним никогда не было.
 
Вот что говорит книга Бруса Брауна «Кто создаёт в мире проблемы»[5]: «В своих военных мемуарах бывший английский премьер-министр Ллойд Джордж приводит отчёт британского офицера, сделанный в 1915 году. Этот отчёт говорит, что фирма Викерс (Базил Захаров) не поставила обещанное вооружение русской армии, что и является конкретной причиной гибели 3 миллионов 800 тысяч русских солдат из всего 6 миллионов погибших русских. Оружейная фирма Викерс находилась под руководством еврея Эрнста Касселя, близкого друга Якова Шиффа и близкого друга Сэра Базиля Захарова, который видимо за эти заслуги и получил звание Сэра в Англии. Для того чтобы расследовать на месте, что происходит с вооружением русской армии, а так же поставку брака, из Англии в Россию на крейсере «Хампшир» (Hampshire) отплыл член палаты Лордов Лорд Китченер. Однако его корабль затонул при странных обстоятельствах»[6] (как бы то ни было, но для Китченера это была в своём роде расплата за «лагеря концентрации…). Захирис, один из богатейших людей Европы, был членом совета директоров Банк де Франс, а так же владельцем казино Монако. Кроме того, в его коллекции насчитывалось почти 300 наград, полученных от 31 правительства…
 
Впрочем, вернемся к «нашему Френкелю». Именно его иудо-чекисты назначили первым резидентом советской разведки в Турции. Так бы и жил себе поживал иудейский боец невидимого фронта, совмещая бытие миллионера и шпиона, если бы не приказ Дзержинского возвращаться на родину. В России начинался РЭП, появились люди с огромным, и теперь вполне легальным состоянием. Чекистам, набившим руку на грубом конфискате, требовались специалисты «тонкого изъятия денег».
 
ЧЕМОДАНЫ ДЛЯ «ДИКТАТУРЫ ПРОЛЕТАРИАТА»  
Расцвет НЭПа в Одессе был особенно пышен. Город, помнивший блаженную для дельцов эпоху порто-франко, город, насчитывавший даже в царское время, более десяти тысяч зарегистрированных уголовников всех видов и специальностей, ожил и возродился в родной для Нафталия стихии. 
Френкель разом оценил «дух эпохи», наступившей, по словам Ленина, «всерьез и надолго» и  создал «биржу» для скупки золота. Те еще жили дореволюционными легендами об исключительно удачливом и богатом «лесном короле», верили его «честному купеческому слову», и презренный металл в контору Френкеля тек рекой. Из Одессы в Москву регулярно убывали спецкуръеры с чемоданами, набитыми золотым ломом. Золото предназначалось «диктатуре пролетариата». Что оставалось в распоряжении государства, что в карманах сотрудников - вопросы для особого исследования. В нашей истории важно другое. Из Москвы требовали все новых поставок, но в Одессе свое начальство со своим аппетитом. Из-за всего этого поставки в Москву не только не увеличивались, а неуклонно сокращались.
 
Кроме того, и сам Френкель с американским размахом организовал трест контрабанды. Несколько пароходов, целый флот парусников и катеров совершали рейсы между советскими портами Черного моря, Румынией и Турцией. Всевозможные товары, начиная с шелковых чулок и кончая валютой всех стран, находили себе место в трюмах этой флотилии и чемоданах доверенных агентов Френкеля. Пограничная охрана, уголовный розыск, суды и ГПУ было куплено.
 
Центр расценил происходящее как саботаж. С Френкелем решили разобраться и в 1923 году послали в Одессу известного чекиста Терентия Дерибаса – потомка Хосе-Иосипа де Рибаса, ближайшего помощника строителя Одессы герцога Ришелье. Дальний отпрыск рода де Рибас, смешавшись с местной иудейской кровью, был ярко выраженным вырожденцем: почти карлик, с оттопыренными ушами, шелушащейся кожей, он вызывал среди окружающих чувство отвращения, смешанного со страхом. Участник подавления Кронштадтского и Тамбовского народного восстания, начальник отделения Секретного Отдела ВЧК, прозванный «лейденской банкой зла, заряженной Сатаной» знал это и бравировал своим уродством, подчеркивая его крайней грубостью и презрением к примитивным правилам приличия. Зато он был неподкупным.
 
Свою «разборку» с Френкелем и Одесской ЧК Дерибас начал с визита к городским раввинам. Те не без злорадства подтвердили, что еврей Френкель зарвался, скуп до неприличия: на синагоги не жертвовал, обрядов не соблюдал, и вообще, «народ на него обижен». Проникшись «народно-пролетарским гневом», Дерибас умело сделал вид, что хочет сорвать с Френкеля очень крупную взятку. Тот через доверенных лиц начал торг. В этом время шла подготовка ареста, в чём помогал настроенный против Френкеля раввинат. Через пару недель в Одессу прибыл поезд с отрядом московских чекистов «под прикрытием», которые в одну ночь арестовывают Френкеля, всё руководство одесского ОГПУ и главных «директоров» треста. На Лубянку в полном составе их доставляет лично тов. Дерибас.
 
Здесь всем доставленным в 1924 году был вынесен и приведен в исполнение смертный приговор. Все были расстреляны. Кроме Нафталия Френкеля. С каким количеством личных богатств ему пришлось добровольно расстаться, скольких «товарищей по борьбе за золото для диктатуры пролетариата» заложил, что обещал – эти данные, возможно, когда-нибудь извлекутся из архивов ФСБ. Но главного пуленепробиваемый Френкель добился. Жизнь ему сохранили. Правда, упекли на 10 лет в Соловки. Так сын турецкоподданного, бывший красный миллионер-разведчик был отправлен на перевоспитание в Соловецкие Лагеря Особого Назначения (сокращенно СЛОН).
 
ФОРМУЛА ФРЕНКЕЛЯ: «Взять от заключенного все в первые три месяца, а потом он нам не нужен!»
В 1925 (по другим сведениям – 1926) году пароход «Глеб Бокий», доставивший на Соловки комиссию во главе с самим чекистом-мистиком Глебом Боким, привез в трюме и небольшую партию новых ссыльных, среди которых был одесский контрабандист с десятилетним сроком Н.А.Френкель и сыпнотифозная вошь. Первой стала действовать она. На острове началась эпидемия, развивавшаяся с необычайной быстротой. Яма для свалки трупов ежедневно расширялась на несколько метров. Вошь действовала слепо и стихийно. Френкель действовал обдуманно и систематически. В первые же дни по прибытии на Соловки он, при помощи взятки, устроился в штат нарядчиков. И пошел далее по «коммерческой линии». Эпидемия грозила населению островов, уже отрезанному от материка прекращением навигации, полным вымиранием к весне. В первую очередь нужны были бани, немедленно, срочно.
 
И Френкель выслуживается перед начальством, умудряясь построить баню за одни стуки – используя труд арестованных ловких на все руки кронштадтских матросов и умирающих стариков. Расчет был поистине талмудический - матросы трудились быстрее, жалея инвалидов. Френкеля от этапа отделяют, назначают начальником экономической части (привилегии вольного), поселяют в каменной будке вне черты монастыря, приставляют к нему для услуг дневального и разрешают свободное передвижение по острову. Вторая часть зимы протекала под знаком напряженной работы сыпнотифозной вши и Нафталия Аароновича Френкеля.
 
На Соловках Френкель находился всего год, после чего его переводят в лагерь в Кемь. Здесь он всеми действиями доказывает «полезность режиму». Обнаружив в местном монастыре огромные запасы кожи, выделанной в свое время монахами, он перевозит материалы в Кемь, стягивает туда заключенных скорняков и сапожников и поставляет модельную обувь и кожгалантерею в фирменный магазин на Кузнецком мосту[7]. Выручку с продаж снимает ГПУ. Так опальный резидент-миллионер сумел доказать свою нужность компетентным органам. Но замыслы Нафталия простирались гораздо дальше башмачного бизнеса.
 
В беседах с лагерным начальством заключенный Френкель постоянно выдвигал проекты расширения «тюремного производства», делился планами, как на дармовом зековском труде можно зарабатывать большие деньги.
 
«Размах Френкеля был широк и его организационные способности, несомненно, велики. Если до него распорядители Соловецкой рабсилы в большинстве случаев не знали, куда девать прибывавших каторжников, то теперь людей и особенно техников всех специальностей не хватало. В отправленных в Москву планах и схемах значилась потребность в десятках, сотнях тысяч… ОГПУ удовлетворяла ее в срочном порядке»[8].
 
Начальство, как и положено, об этих разговорах по команде докладывало наверх. И в конце концов эти доклады достигли своей цели: в 1929 году Френкеля на самолете срочно вывезли в Москву, где помыли в бане, приодели и доставили к Сталину. Содержание их беседы осталось в тайне. По убеждению А.Солженицына, в планах, которые излагал перед Сталиным предприимчивый Френкель, были теория «зачетов», досрочного освобождения за хорошую работу, «система хлебной шкалы» и «хлебного приварка».
 
Из кабинета вождя Френкель вышел «начальником работ Беломорско-Балтийского канала», которому к началу работ была дарована свобода. Так взошла черная звезда идеолога и  неутомимого практика гулаговской эры Нафталия Френкеля. Высшим законом архипелага становится его формула: «От заключенного нам надо взять все в первые три месяца, а потом он нам не нужен!».  
 
«Соловки были всегда микрокосмом, чутко отражавшим в уменьшенном во много раз виде все процессы… Они пережили свой период военного коммунизма, свой НЭП и теперь вступали в эпоху формирования социалистической кабалы… Вместе с воспитательно-трудовой частью были разгромлены и все ячейки Соловецкого пережитка русской культуры. Первым умер журнал, не надолго пережила его и газета. Музей сохранился лишь как показательно-рекламное учреждение… Биосад обезлюдел, театр был разделен на несколько мелких передвижек для обслуживания пропаганды в новых беспрерывно формировавшихся лагерях и командировках»[9].
 
gulag4 До Френкеля говорили: «исправление через труд», а стали понимать как «истребление через труд». Управление лагерями особого назначения было перенесено на материк, Соловки превратились к 1930 г. в третьеразрядный лагерь, последнее пристанище безнадежных доходяг. Их роль была сыграна.
 
«Каценеленбоген рассказал Крымову о поразительной судьбе нэпмана-инженера Френкеля… Сидя в Соловецком лагере, Френкель подал Сталину гениальный проект, - старый чекист именно это слово и произнес: "гениальный". В проекте подробно, с экономическими и техническими обоснованиями, говорилось об использовании огромных масс заключенных для создания дорог, плотин, гидростанций, искусственных водоемов… Хозяин оценил его мысль. В простоту труда, освященного простотой арестантских рот и старой каторги, труда лопаты, кирки, топора и пилы, вторгся двадцатый век. Лагерный мир стал впитывать в себя прогресс, он втягивал в свою орбиту электровозы, экскаваторы, бульдозеры, электропилы, турбины" врубовые машины, огромный автомобильный, тракторный парк. Лагерный мир осваивал транспортную и связную авиацию, радиосвязь и селекторную связь, станки-автоматы, современнейшие системы обогащения руд; лагерный мир проектировал, планировал, чертил, рождал рудники, заводы, новые моря, гигантские электростанции. Он развивался стремительно, и старая каторга казалась рядом смешной и трогательной, как детские кубики»[10].
 
Столь любимый либералами Солженицын, в «Архипелаге Гулаг» писал:

«…Впору было бы выложить на откосах канала шесть фамилий — … главных надсмотрщиков Беломора, шестерых наёмных убийц, записав за каждым тысяч по тридцать жизней: Фирин — Берман — Френкель — Коган — Раппопорт —Жук». 

 
Продолжение

______________________________
Использовались материалы В.Воронкова «Генеральный конструктор ГУЛАГА. Жизнь и необычайные приключения сына турецкоподданного, ставшего главным специалистом по организации сталинских лагерей», «Зеркало недели. Украина», №29, Киев, 22.06.2000, материалы сайта http://www.solovki.ca/camp_20/butcher_frenkel3.php, а так же:
 
[*] В.Г. Короленко — писатель, который до 1917 года объектом еврейского поклонения, 8 марта 1919 года в своем дневнике написал: «…среди большевиков — много евреев и евреек. И черта их — крайняя бестактность и самоуверенность, которая кидается в глаза и раздражает… она особенно кидается в глаза в этом национальном облике». 25 мая 1919 года он так описывает сцену в «жилотделе»: «…какой-то «товарищ» требует реквизировать комнату для одной коммунистки...  Это старая еврейка совершенно ветхозаветного вида, даже в парике». И она «всем своим видом старается подтвердить свою принадлежность к партии… «Коммунистка» водворяется революционным путем в чужую квартиру и семью… Для русского теперь нет неприкосновенности своего очага… Притом… то и дело меняют квартиры. Загадят одну — берут другую». Короленко пошел в ЧК, чтобы попытаться помочь арестованным соотечественникам: «Это популярное теперь среди родственников арестованных имя: "товарищ Роза" — следователь. Это молодая девушка, еврейка… Недурна собой, только не совсем приятное выражение губ. На поясе у нее револьвер в кобуре… на упрек… что она запугивает допрашиваемых расстрелом, отвечает в простоте сердечной: "А если они не признаются?..» (с. 108, 109) (цит по В.В.Кожинову «Правда сталинских репрессий»)
[1] Постановлением СНК РСФСР за подписью Якова Свердлова от 5 сентября 1918 г. «О красном терроре» провозглашалась организация концентрационных лагерей для изоляции классовых врагов (Собрание узаконений и распоряжений рабочего и крестьянского правительства (СУ),1918. № 65. Ст. 710). Однако к началу 1919 г. было организовано лишь 2 лагеря. Постановлением ВЦИК от 11 апреля 1919 г. «Об организации лагерей принудительных работ» лагеря образовывались при отделах управления губернских исполнительных комитетов, при этом их первоначальная организация поручалась губернским чрезвычайным комиссиям, которые передавали их в ведение НКВД (СУ. 1919. № 12. Ст. 124.). В мае 1923 г. заместитель председателя ГПУ И.С.Уншлихт обратился во ВЦИК с проектом об организации Соловецкого лагеря принудительных работ в целях осуществления необходимой изоляции наиболее опасного в социальном отношении элемента на территории СССР. В новом лагере предполагалось разместить 8000 политических и уголовных заключенных, преимущественно из числа осужденных во внесудебном порядке (ГАРФ. Ф. 5446. Оп. 5а. Д.1. Л. 24).
[2] К. Радек, «Парвус. Силуэты: политические портреты», М., 1991, с. 251
[3] Соболев Г. Л., Тайный союзник. С. 116—117
[4]  Col. A.H.Lane, «The Hidden Hand», 1938
[5] Bruce H. Brown, «The world’s Troublemakers»
[6] Ширяев Борис, «Неугасимая лампада», Глава 13, Нью-Йорк: Изд-во им. Чехова, 1954. 413 с.
[7] цит. по переводу проф. А.П.Столешникова, «Реабилитации не будет»
[8] Солженицын Александр, «Архипелаг ГУЛАГ», YMCA-PRESS, Paris, 1973 
[9] Ширяев Борис, Неугасимая лампада. Глава 13. Нью-Йорк: Изд-во им. Чехова, 1954. 413 с.

[10] Гроссман В.С., «Жизнь и судьба», М.: Книжная палата, 1990